Priroda — nyet

Кирилл Мартынов написал хороший пост о тоталитарной подноготной социально-политической сущности веганства. Когда мы глядим на веганство в политической перспективе, сразу становятся очевидны его запретительные функции и будущая коррупционная составляющая.

Мне кажется, проблема веганства заключается в том, что оно использует классический кулинарный узус. Как верно замечено Мартыновым, любые политические успехи веганства приведут к новому средневековью, где «богатые будут тайком обжираться мертвыми животными, бедные сосать фасоль». Веганство как практика и идеология стало возможно только благодаря техническому прогрессу. Последние несколько веков отважные мореплаватели отправлялись во все концы света, чтобы, если им будет сопутствовать удача, добыть ко дворам своих правителей диковины из дальних краёв, а сами новые территории объявить собственностью короны. Разведанные территории присоединяли к метрополиям, осваивая их, и прокладывая всё новые и новые удобные маршруты. Колонисты поколениями освещали «сердце тьмы», изживая со свету дикий мир, как опасного Другого. Паровые котлы, телеграф, авиация, автомат Калашникова — все средства оказались хороши для борьбы с нечистью.

Успехи аграрного производства, благодаря которым белый человек смог наконец вырваться из порочного круга всегда возвращающихся голодных лет, дали ход экономическому росту. Открытия в области химии произвели кулинарный прорыв, позволив сохранять продукты в съедобном виде долгое время. Многие поколения первооткрывателей, учёных и простых людей вели нещадную борьбу с диким миром, окружающим нас, чтобы современный веган мог в любое удобное время зайти в «Азбуку вкуса» и купить полностью органическую и всегда свежую маракуйю.

Что предлагает нам современный Бонвиван? Его предложение лежит в рамках следующего этического императива: добившись такого уровня жизни благодаря техническому прогрессу и тех знаний о братьях наших меньших из теории эволюции, которые мы имеем, мы не можем себе позволить морального права содержать дальше те фабрики холокоста, которые обеспечивают нас животным мясом. Не смотря на совершенно разумный посыл, способы, которыми предлагают решить вопрос веганы, лежат строго в рамках традиционного дискурса, навязываемого религиозными консерваторами и традиционалистами. Разве не они нам говорят ровно теми же словами, что и Джон Джозеф в «Мясе для слабаков», о полезности религиозных постов для «очищения кишечника»? Разве не они выступают против ГМО и новых генных технологий в биологии? Разве не консолидируются на данном этапе веганы, защищающие животных, и мракобесы, защищающие человеческую исключительность? На данном этапе они, словно нацисты и движение сионистов в 1930-е годы, образуют политический блок, связанный общими интересами.

Овечки Долли нет с нами уже более десяти лет. Исследования по выращиванию стволовых клеток и искусственному воспроизведению жизни подвергаются повсеместной критике и запретам. Биотехнологии пугают обывателя своей дегуманизующей направленностью. Действующие и работающие технологии, которые могли бы без отказа от мяса избавить нас от фабрик по выращиванию и истреблению животных, принимаются в штыки. При этом, согласно докладам Всемирной продовольственной программы ООН, более миллиарда человек на Земле голодают или хронически недоедают.

И вместо того, чтобы продолжить научные опыты и бросить вызов жуткому голоду, свирепствующему в бедных регионах, в качестве прогрессивного политического выбора нам предлагается такой традиционный, как армейская портянка, отказ от мяса. Что это, как не каприз взбесившегося с жиру любимца судьбы? Нет, нам нужно, нам необходимо искусственное мясо, которое будет выращено из произведённых в лаборатории стволовых клеток. Стейки и окорочка из пробирок — вот единственный правильный ответ на пельмени с соей. На призыв к органике надо отвечать синтетикой. Технологии — да. Природа — нет.

 

До свиданья, наш ласковый скеуморфизм

Скотт Форстолл был уволен из Apple.
Это значит, что iOS, какой мы её знали последние несколько лет, канула в прошлое. Форстолл был идейным вдохновителем живоподобного UI, известного нам как skeumorphism. дизайн приложений казался нам таким новыми и интересным, когда появился на iPad с системой 3.2: матерчатые задники приложений, словно обтянутый в кожу календарь, и Адресная книга… они действительно сделали её книгой! Она стала жутко неудобной, но в первое время всё равно воспринималась так мило. Подобного больше ни у кого не было. «Вот она, продуманность интерфейса до последней детали!», «Настоящее единство искусств и технологий!», «Уроки каллиграфии, которые получал Джобс, не прошли даром!»…
Конкуренты, пытающиеся добиться столь же правдоподобного интерфейса, частью надорвали животики, как RIM со своим Playbook (помнит ли эту таблетку ещё кто-нибудь?), а частью продолжают выпускать отвратительные по своему внешнему вдиу программы, как Samsung.
Форстолл, казалось, обыграл всех. Джобс мог ликовать. HP сам зарубил webOS, Android второй версии не могли спасти никакие «живые» обои, а Nokia и RIM остались в прошлом десятилетии. Но там, где старые враги повержены, новый может возникнуть из ниоткуда. И таким врагом оказался Metro UI. Сама компания Apple так долго билась с плагиаторами, требуя от них придумать что-то новое вместо того, чтобы слепо копировать её успехи, что оказалась без козырей, когда на поле появился такой игрок. К тому же, из HP в Google перешёл Матиас Дюарте, занявшийся тотальным пересмотром дизайна Android, в следствие чего к четвёртой версии эта операционная система обрела свой новый, не похожий на остальные вид и UX.
Укореняющееся в тело операционных систем Apple живоподобие потеряло былую свежесть и очаровательность. Да и после смерти Джобса позиции Форстолла, который, говорят, чрезвычайно неуживчив, и был в фаворе лишь под защитой Стива, оказались под ударом. Живоподобие чрезвычайно раздражало Джона Айва, главного инженерного дизайнера Apple. Он, говорят, сравнивал отделку «под кожу» с отвратительным дизайном интернет-сайтов конца 90-х — начала 2000-х. Тогда было модно навешивать меню, оформленные под гламурный глянцевый леденец. И то и другое по мнению Айва смотрелось и смотрится раздражающе и неправдоподобно, коверкая лучшие идеи, которые инженеры Apple вкладывают в производимую технику. Не доволен быть отнюдь не только Айв. С выходом OS X 10.8, в которой живоподобные элементы интерфейса превзошли разумные пределы, люди занялись самостоятельным вычищением оных, дабы те не мешали работе.
В результате, внутренние интриги после смерти Джобса завершились ровно тем, что происходит после смерти диктатора. Форстолл, работавший со Стивом ещё в пору NeXT Computers, уходит. С ним уйдёт и живоподобие, а внешний вид техники Apple обретёт согласие с UI работающих на ней операционных систем. На серьёзные изменения в UI iOS у дизайнеров Apple есть около семи месяцев. По всей видимости, к концу весны нам продемонстрируют бету седьмой версии модибльной операционной системы. Как резко она изменится внешне?

О бедной Motorola замолвите слово…

Посмотрите на Motorola. Казалось, Android стал средством спасения компании из того глубокого кризиса, в который она себя загнала. Но сначала она разделяется на две компании, Motorola Mobility и Motorola Solutions, потом добровольно сдаёт половину рынков, и в результате поглощена Гуглом.
Казалось бы, почему? Ведь их Droid произвели более чем позитивное впечатление. Телефоны типа Defy или Atrix стали примерами инноваций, которые готовы были приобретать по всему миру. Я считаю, всё дело в неправильном позиционировании.
Когда Джон Рубинштейн представил публике Palm Pre на новой операционной системе webOS, все разом почувствовали, что Palm начала выход из затяжного кризиса. Однако не смотря на превосходную операционную систему и привлекательное внешне «железо», телефоны были слабыми и после пяти минут верчения в руках казались дешёвыми. Выбор в качестве оператора CDMA-сети Sprint, не самой популярной в Америке, только усугубил положение. Очень скоро стало ясно, что вместо решения старых проблем Palm создала себе ворох новых. Когда спустя полтора года после выхода ещё одного провального поколения телефонов, Plus, и затяжной паузы от шокового неприятия этих аппаратов, компания начала наконец делать правильные шаги и выпустила, наконец достойный рынка смартфон Pre 2 со второй версией операционной системы webOS, представленный сначала в Европе, а потом уже в американских сетях AT&T и Verizon, было ясно, что спасти положение уже нельзя. После приобретения прародителя наладонников компанией HP все надеялись на лучшее, но там в руководстве оказались совсем уже идиоты.
С Motorola  ситуация ровно та же. Концентрация на американском и почему-то преимущественно корейском (хотя сейчас предпочтение постепенно отдаётся китайцам) рынках, отвратительная работа с покупателями телефонов, безобразная тягомотина с обновлениями при выпуске телефонов с заведомо устаревшей версией операционной системы… На самом деле это в той или иной степени относится к половине производителей телефонов на Android, но у Motorola всё сошлось разом в одном месте. Вот, к примеру, одна из последних представленных компанией моделей смартфонов, Droid Razr MAXX. С одной стороны, этот телефон — не лопата, как Samsung Galaxy Note, а с другой — при хороших характеристиках «железа», он имеет такую батарею, с которой должен был с самого начала поставляться любой телефон на Android. Батарею, при которой телефон, снятый с утра с зарядки, не разрядится к моменту приезда на работу. И вот, телефон, который я с удовольствием купил бы только за одну эту батарейку, выпускается лишь для оператора Verizon, и поставок в другие страны не ожидается. Нет, ну надо же, а?!
В общем, быть купленной Гуглом ради патентов — это лучшая участь, которую могла ждать Motorola. За выкинутых на улицу работников тут даже меньше обидно, чем за разрабов Nokia, хотя последние реально просиживали штаны.

Steve Jobs

Сегодня ушёл из жизни Стив Джобс.
Это был человек, который создал этот мир, мир с домашними компьютерами, плеерами, смартфонами… мир без границ, где каждый имеет электронного помощника и связанан по сети со всеми и каждым.
Компьютеры были до Стива и были бы без Стива. Интернет был бы и без Стива. Но всё это не было бы персональным, не было бы человечным…
Если бы не простой увлекающийся индийским мистицизмом парень из колледжа, решивший, что всё должно быть не так, нынешний мир был бы совершенно иным.
Спасибо тебе, Стив, что создал наш мир. Пусть земля будет тебе пухом.

Плач по WebOS…

В одном интервью Рея Брэдбери спросили, почему же люди не стали завоёвывать космос. Его ответ стал притчей во языцех: потому что люди — идиоты.
Люди променяли космос на айфоны, говорил он. Сегодня я наблюдаю дальнейшее расползание идиократии: HP, купившая Palm в прошлом году, уничтожает своё мобильное отделение и убивает WebOS. Мы не выбрали заселение космоса, предпочтя комфорт с мобильничками и планшетиками, но даже здесь нам не дают выбора: только айфоны, товарищи.
Спрашивается, зачем покупали?! Зачем тратили $1,2 млрд., чтобы после первой неудачи истерично всё свернуть? А я наблюдаю истерику руководства HP. Такое чувство, что год назад товарищи думали: «Вот ща возьмём класную ОСь, вскачем на рынок «на белом коне» и все нас полюбят!». А тут в Best Buy вдруг решили что им и всяких планшетов Toshiba с Windows 7 хватит, и в руководстве HP решили всем назло разрушить собственный бизнес до основания.
Получилось так, что залезла транснациональная корпорация Hewlett-Packard на сук, увидела, что не расхватывают их устройства на WebOS как горячие пирожки, да решила спилить тот сук, на котором сидит. А бизнес так не делают. Возьмём Android. Публике его продемонстрировали только на версии 1.5. И даже тогда он был сырой, страшный и мало кому нужный. Брать его готовы были только совсем отчаянные ненавистники компании Apple с её айфоном. Прошло несколько лет, и Android занял, наконец-таки, процент рынка больший, чем iOS. Только вот произошло это усилиями целой кучи компаний-производителей телефонов, каждая из которых по отдельности имеет свой мизер.
Microsoft пришлось практически приобрести компанию Nokia, чтобы совместными усилиями сделать из второй год развивающейся операционной системы Windows Phone 7 что-то нормальное, при этом работающее не только с латиницей, но и другими языками. И всё равно система, опять же идущая на рынок целой купой производителей, имеет жалкие проценты.
Для меня было очевидно (судя по всему, HP  — нет), что с приобретенимем Palm, жизнь WebOS началась с нуля. Нужно было заново пройти весь этот путь, чтобы откусить хоть какой-то процент рынка. Надо было выпускать новые устройства, развивать ассортимент, предлагать покупателям разные варианты. Люди хотели смартфонов с боковой клавиатурой и без клавиатуры вообще. Планшетов не только с диагональю 10 дюймов, но и с 7. При этом WebOS как была, так и осталась неизвестной покупателям, хотя по производительности, по задумкам интерфейса и удобству работы была потрясающей. И вот после первой кулинарной попытки сделать блины, когда получившееся вышло с комочками, HP делает гениальный шаг, обливая кухню бензином и сжигая всё к чертям собачьим. Идиоты.
Люди, действительно идиоты.