Православные стали официальными врагами России. Они объявили нашей стране войну. Теперь она — на выживание.
Катэгорыя: religion
-
Жду свою правильную футболку
-
Pussy Riot и деградирующая Россия
Сегодня на прениях в суде над Pussy Riot девушки говорили чрезвычайно верные вещи.
Надежда Толоконникова ещё раз попыталась объяснить машине обвинения, называемой по какой-то ошибке “судом”, что есть понятия акционизма и панка, в которые так никто из обвинителей и не удосужился вникнуть. Без этих понятий любой разговор о действиях, происходивших в храме, бесполезен, поскольку сами обвинения оказываются голословны и, ни на чём не основанные, повисают в воздухе.
Мария Алёхина умело ловила адвокатов обвинения (которые многократно в своих речах называли девушек потерпевшими) на фальсификации фактов и пренебрежении показаниями свидетелей, которых само же обвинение и вызвало. Таким образом машина обвинения презирает не только Pussy Riot, все объяснения которых так никто и не удосужился услышать, но и самих “пострадавших”, оказывающихся бессмыссленными винтиками в системе.
Екатерина Самурцевич в своём выступлении, к сожалению большей частью упущенном в трансляции “Новой газеты”, объяснила, что религиозного оскорбления не было и быть не могло, раз сами обвинители даже в конце заседания говорят о косвенных признаках. Она вновь повторила, что никто из обвинителей не решился прибегнуть к материалам группы Pussy Riot. Меж тем, в материалах ко всем перформансам давались объяснения, какие цели он преследовал. Если и могло быть какое-то непонимание, объяснила Екатерина, так лишь по той причине, что акция девушек в храме могла вызвать культурный шок. Однако он может возникнуть лишь по причине того, что государство целенаправленно ведёт политику изживания всякого понимания, что собой представляет современное искусство.
Это хорошо было видно на протяжении процесса. Колкости о “современном искусстве” и “современных художниках” в унисон отпускали как обвинители, так и судья Сырова. В их устах в стане художников внезапно оказалась даже Екатерина Дёготь. Каждый раз это звучало как ругательство и обвинение. Впрочем, на этом процессе и слово “феминизм” звучало обвинением. Звучало обвинением всё, что только можно было приплести девушкам из Pussy Riot.
Современное искусство в России даже не находится в загоне. В этом году в России были закрыты многие известные галереи, выставка “Родина” не могла найти для себя места в Сибири, а Марат Гельман — публично оплёван в Краснодарском крае. Понятие “искусство” вместе с нашей системой правосудия ускоряющимися темпами уходит в прошлое. В данный момент модно встать в позу и разорвать “Чёрный квадрат” Малевича. Передвижников пока что любят, но лишь по той причине, что никто не ходит в музеи и не видел, что они писали на самом деле. Пошлость и Средневековье распространяются в обществе, как туман по полю.
В своём небольшом комментарии про балет ещё с месяц назад я говорил о том же: “Опыт других современных искусств показывает, что зритель без какого-то знакомства с тем, что мир изменился за последние десятилетия, в искусстве ничего не поймет. И, кроме того, зритель практически нигде не может взять эти знания, а наше министерство культуры не испытывает желания его просвещать”.
Власть видит в современном искусстве конкурента и врага. Как менты — в группе “Макулатура”, музыкантов которой осудили за “Путина” и “мусор” в песне “Милиционер будущего”. В текстах группы рассказывается об экзистенциальном ужасе человеческого существования, о том, что “страданий не существует, потому что страдают все под хохот на концерте Задорнова”. Однако господа менты ухватились за маячок, который им оказался знаком. Потому что больше не поняли. Не поняли, что не вызывающие у них никаких ассоциаций тексты куда страшнее и опаснее.
Именно поэтому власть не хочет допустить современного искусства. Любой, понимающий его человек умнее всей отечественной государственной машины.
-
Помилуй нас, Боже, по великой милости Твоей
Представь, что ночью в комнате горит огонь. Те, кто стоит на улице, видят тех, кто находится в этой светлой комнате. Так же и те, кто будет находиться в аду, будут видеть тех, кто будет находиться в Раю. И это будет для них ещё большей мукой. И представь опять: те, кто ночью находится в свете, не видят тех, кто стоит на улице в темноте. Так же и находящиеся в Раю тех, кто в аду, не увидят. Ведь если бы те, кто находится в Раю, видели мучающихся грешников, то им было бы больно, они скорбели бы об их горькой участи и не могли бы наслаждаться Раем. Но в Раю “не́сть боле́знь…”. Те, кто в Раю, не только не будут видеть тех, кто в аду — они даже не будут помнить, имели ли они брата, или отца, или мать, если и те не будут в Раю вместе с ними. “В то́й де́нь поги́бнут вся́ помышле́ния его́”
Это слова почитаемого у православной публики афонского старца Паисия Святогорца. Они должны вызывать чувстсва радости и удовлетворения у всякого верующего человека картинами открывающего прекрасного возможного будущего. Вот оно, Царствие Небесное, к которому стремится христианин, ради чего он превозмогает свои грехи и немощи. Та прекрасная перспектива, которую он пытается преподнести не обращённым родным и близким. Ясная, как отражение пациента на скальпеле хирурга, преступающего к лоботомии. Сверкающая, как луч солнца, отразившийся от каски немецкого солдата, охраняющего концентрационный лагерь в бывшем еврейском местечке.Царство Небесное — это бесконечный 1984 год; фестиваль, заполучившие свой счастливый билетик на который блаженные герры и фрау в миг забывают о исчезнувшем приятеле, не прошедшем фейс-контроль. Прямая трансляция шоу “Большой Брат” во всех газовых камерах нашей машины смерти.
-
Behaviour
Любимая конспирологами картинка с бараном, “который всё понял”, вызывает у меня желание сделать изображение со “скиннеровскими голубями”.
Один голубь из клетки должен говорить другим: “Нет никаких высших сил! Это просто механизм, подающий корм в случайном порядке”, – на что будет получать из соседних клеток ответ: “Не гневи Господа! Бог всё равно любит тебя” и тому подобное.
Бихевиоризм показывает нам не только природу религии, но и природу “здравого смысла”. И то и другое вынуждает на действия, существуя только у нас в голове.
-
Не быть вместе с РПЦ – условие порядочности
Мыслепреступления уже не первый день – тема для народных пересудов. Кто-то говорит: “Как вышло, что мы проснулись в фашистской стране?” – другие радостно поддерживают линчевателей, а в целом – все безмолвствуют, смотря на линчевание очередной жертвы, как спектакль.
Нынешний акт – расправа над калининградским газетным издателем Борисом Образцовым. Ещё свежа память о упреке протоиерея Всеволода Чаплина русским женщинам, которые-де должны одеваться поприличнее, к примеру, как мусульманки, и вообще сами виноваты, что их насилуют. Подобное высказывание одного канадского полицейского вылилось, кстати говоря, в мировое общественное движение по защите прав женщин. Slut Parades проходили в Европе, Индии, Австралии… В нашем отечестве любят идти своим путём, который удивительно напоминает иранский, и пустились в обсуждение возможного дресс-кода.
Отец Всеволод – личность колоритная. Он явно считает, что чёрный PR – это тоже PR, и ведёт активную деятельность на сем поприще. Его высказываниям, от которых хоть стой, хоть падай, несть числа. Поначалу разные люди пытались реагировать на тот бред, что нёсся из уст высокопоставленного священника, да только реакция на резонные возражения была, что об стенку горох. Расправой над Образцовым с той стороны баррикад возможно надеются и вовсе заткнуть рот тем, кто ещё шевелится.
Борис Образцов высказался на памятное выступление Чаплина в принадлежащей ему газете “Тридевятый регион”. Суть его статьи сводится к вольтеровскому “Убить гадину”. Если знать, что Образцов долгое время до этого боролся с так называемой “реституцией”, проводимой в Калининградской области, в рамках которой РПЦ пыталась захватить никогда не принадлежавшие ей прусские кирхи, пафос автора более чем понятен. Стоит вспомнить прочие скандалы с собственностью и культурным наследием, в которых патриархат действовал по-рейдерски, и уже рука тянется поставить подпись под данной статьёй. Нельзя не видеть преступных, антиконституционных переплетений между церковными и государственными структурами, когда служители начинают требовать себе иконы из музеев, а сопротивляющихся директоров государственных сокровищниц увольняют, заменяя более покладистыми. Сначала вой по поводу рублёвской Троицы “Отдайте её, она наша!”, потом, как демонстрация того “как надо” – передача Торопецкой иконы из Русского музея в нуворишский посёлок; захват парковых и охраняемых природных территорий для строительства на денежных местах храмов, отъёмы помещений у старообрядцев… вспоминать всеуголовныеинформационные поводы можно долго.
Реакция на статью Образцова последовала в лучших мусульманских традициях, симпатию к которым в памятной речи высказал отец Всеволод. На выпад “убить гадину”, как в случае с действиями мусульман на карикатуры с Мухамедом, последовала реакция, достойная гадины, которую в целях общей безопасности стоит убить. Благо, суд по большому счёту встал на защиту гонимого, постановив взыскать с него деньги за “моральный ущерб”. Радеющие за православных прокуроры хотели пустить Образцова по этапу.
Браткин прав:
-
Быть может, есть только горизонт…
Бог — это свет и милый солнечный диск, — сказал Аменхотеп растроганно, — лучи которого обнимают страны и опутывают их узами любви, — а от любви слабеют руки, и только у злых, чья вера направлена вниз, руки сильны. Ах, насколько больше было бы в мире любви и добра, если бы исчезла вера в дольнее царство и в пожирательщиц с лязгающими зубами! Никто не разуверит фараона в том, что люди многого не делали бы и не считали приятным делать, если бы вера их не была направлена вниз. Ты, наверно, знаешь, что у деда моего земного отца, у царя Ахеперура, были очень сильные руки и он мог натянуть ими лук, которого больше никто во всей стране натянуть не мог. Он пошел войной на царей Азии и захватил семерых живьем; их он повесил на носу своего корабля вниз головой, — волосы их свисали, и все они глядели на мир выкатившимися, окровавленными глазами. Но это было лишь началом всего, что он с ними сделал; мне и говорить об этом не хочется, а он это сделал. То была первая история, которую рассказали ребенку мои прислужники, чтобы влить в него царский дух, — а я кричал во сне после этих вливаний, и врачам из книгохранилища пришлось вливать в меня нечто другое, какое-то противоядие. Так вот, неужели, по-твоему, Ахеперура обошелся бы так со своими врагами, если бы он не верил в поля страха, в призраки, в Усировых носителей ужасных имен и в собаку Аменте? Люди, скажу я тебе, беспомощные создания. Сами они ни до чего не додумываются и своей головой ничего не решают. Они всегда только подражают богам, сообразуя свои поступки со своими представлениями о богах. Очисти божество, и ты очистишь людей.
Томас Манн, “Иосиф и его братья”
-
Путин — наш новый Сталин, и РПЦ МП — партия его
Этого стоило ждать, и это случилось.
Вливание РПЦ МП в тело власти в качестве партийно-идеологического субстрата происходит на наших глазах. Государство спокойно, не обращая внимания на протесты общества, отдаёт культурные и исторические ценности в качестве платы за это объединение. То, что реституция проводится не в пользу религиозных учреждений, а в пользу конкретной организации “РПЦ МП”, никто даже не скрывает. Всеволод Чаплин с экрана телевизора, не стесняясь, заявляет, что разбираться где были заранее ценности, которые требуют церковники, никто не собирается. Если они оказались в антикварных магазинах или за рубежом, никто не станет напрягаться: есть ведь музеи, откуда можно насильно вырвать экспонаты и отвезти в новодельные храмины в элитных посёлках. Путину ничего не стоит росчерком пера лишать крупнейшие музеи, как Исторический, фондовых зданий, о чём сами музейщики узнают из СМИ, и оказываются перед неразрешимыми вопросами о судьбе фондов, оставшихся на улице.
Всякие попытки говорить с верующими на языке христианского учения встают перед стеной непонимания: церковная масса хочет вернуть “живые иконочки из лап зверей-атеистов”, но не знает учения собственной церкви об иконе. Для неё является важным “Рублёв” — хотя авторство является признаком произведения искусства — и “намоленность”. Понятие равенства списка оригиналу в умах верующих отсутствует. Существует только требование к хранителям культуры: “Верните награбленное”. И если отданная верующим икона вдруг начинает сыпаться, заражается грибком и гибнет, то виновны опять же лишь музейщики: довели реставрацией до развала или не уследили, пока мы свечами да поцелуями её истребляли. Выходит палка о двух концах, когда защитник знаний и культуры всегда виновен перед тёмной толпой просто потому что существует.
В передаче Церкви Новодевичьего монастыря есть и другой аспект, политический. Службы там шли и до передачи монастыря МПшникам. Встаёт вопрос, как быть с общиной отщепенцев-кочетковцев, бывших там до недавнего времени? Ответ лежит на поверхности —разгонят.
Разгонят так же, как стали гнать церковных оппозиционеров вообще. Государство приступило к уничтожению идеологических противников тем же способом, каким при приходе Путина к власти уничтожали независимую прессу. Вчера в Елизаветинский храм, где служит епископ Григорий hgr Лурье, ворвались сотрудники отдела по борьбе с эстремизмом. В вину “лжепопу” вменялась экстремисткая литература в лавке храма и плата за отпевание усопших. То, что раскольники объявляются лжесвященниками, уже — звоночек. Взимание платы за таинства в качестве обвинения столь же смехотворно: следует объявить в таком случае безблагодатными 99,9% храмов самой МП, потому что это уже не просто норма, а естественная часть храмовой организации.
Основная причина государственного нападения на Лурье — заткнуть рот. Стоит признать, на данный момент он является наиболее авторитетным идеологическим оппонентом Московской Патриархии. Никакие Яковы Кротовы не дотягиваются. Старообрядцы, являясь серьёзной религиозной организацией (это защитит их от обвинений в лжесвященстве, в отличие от Лурье), не имеют сильного политического голоса. Поэтому hgr и пал первой жертвой.
Рупор РПАЦ Григория Лурье, информационный сайт “Портал Кредо”, объявил, что с апреля меняет формат издания. Это значит, что независимые религиозные новости, показывающие картину событий, отличную от официальной точки зрения РПЦ МП, исчезнут первого апреля. Стоит ожидать дальнейших “духовных” зачисток.
-
Пришёл Путин к Глазунову и говорит…
По интернетам уже разнеслось искусствоведческое чутьё премьер-министра:
“«Меч коротковат, как ножик перочинный в руках смотрится», — заявил премьер по поводу оружия князя, — «Им как будто колбасу режут», — развил Путин свою мысль по поводу меча”.
Стихи Пушкина про сапожника цитировались многократно. Особый жир в религиозной среде вызвали комментарии Путина на фрагмент “Вечной России” Глазунова, где изображаются святые равноапостольные князья Борис и Глеб:“Заметив на «Вечной России» святых Бориса и Глеба, премьер заметил, что «надо бороться за себя, за страну, а отдали без борьбы. Это не может быть для нас примером — легли и ждали, когда их убьют»”.
Православные так и опешили: свой, православный у власти, оказался совсем обычным. Расколдовался, как Волшебник из Страны Оз. Взял, зачем-то, да ляпнул: “Это неправильные пчёлы, и они делают неправильный мёд”. А так приятно было, когда с пеленой у глаз…
-
Власть и Церковь
Прочёл статью В. Куренного девятилетней давности об отношениях РПЦ с государством из “Отечественных записок”, и восхищён, дочего ясно написано. Когда ещё не ходило мыслей о возможности введения ОПК в школах, автор уже предупреждал, что этот шаг для Церкви естественен и желателен. Главная причина в том, что сама Церковь добивается внимания власти, а не наоборот. Интересно обращение к прошлому с экскурсами по истории церковно-государственных отношений. Заинтересовал, например, взгляд на Раскол XVII века, как на случай, когда Церковь в лице старообрядческих представителейй оказалась в неестественном для себя положении — без поддержки государства. Побеждает тот, который может принять условия, диктуемые властью. Современное “альтернативное” православие по этим причинам оказывается совершенно вырванным из политической и общественной жизни: оно “по традиции” с катакомбных времён не идёт на контакт с властью.
Главным же акцентом статьи оказывается то, что в условиях современной России для традиционных отношений Церкви с властью нет места в рамках закона. И незаконно оно, поскольку сама Церковь не сможет признать, что гарантом государства и главным вершителем закона является народ. Это противоестественно для Неё.
-
Британский халифат
Британцы клёвые. Сначала они запрещают режиссёру “Фитны” въезжать на территорию страны (ладно, там, действительно плюнули на свободу слова и испугались за
свои жопысобственный авторитет в лице мусульман), а теперь вот это. Меня восхищает эта картина. Бог с нею, с религией. Замечательно как попираются любыми способами попытки человека иметь свободу выбора, свободу совести. Средневековый халифат какой-то, ей богу. Великобритания, XXI век. Всё, нету страны Святого Георгия, нет Владычицы морей. Ничего нет. Есть страх перед мусульманами и попытка во что бы то ни стало выслужиться перед как бы религиозным меньшинством. Не действует такая штука как закон, финита ля комедиа.
